Julian Marchlewski
Bronisława Marchlewska
W wigilijny wieczór byli zaproszeni do berlińskiego mieszkania Marchlewskich – Juliana i Bronisławy z domu Gutman. Julian zwykł do swojej żony zwracać się Bronida. Marchlewscy mieszkali od roku w dzielnicy Steglitz, będącej wówczas dalekim przedmieściem. Trafili tam, uciekając z Włocławka, w którym roiło się od szpiclów. Jedenastoletnia wówczas córka Juliana, Zofia, popisywała się znajomością kolęd. Czas płynął w pogodnej, rodzinnej atmosferze przy rozmowach i śpiewie.
Julian i Bronisława
Zofia Marchlewska, portret Heinricha Vogelera
В канун Рождества они были приглашены в берлинскую квартиру Мархлевских, Юлиана и Брониславы (урожденной Гутман). Джулиан называл свою жену Бронидой. Мархлевские уже год жили в районе Штеглиц, который тогда был дальним пригородом. Они бежали из Влоцлавека, который был заражен шпионами. 11-летняя дочь Джулиана Зофия демонстрировала свое знание рождественских гимнов. Время прошло в веселой, семейной атмосфере за разговорами и пением.
On Christmas Eve, they were invited to the Berlin flat of the Marchlewskis, Julian and Bronisława (née Gutman). Julian used to call his wife Bronida. The Marchlewskis had lived for a year in the Steglitz district, which was then a distant suburb. They escaped from Włocławek, which was infested with spies. Julian's 11-year-old daughter Zofia was showing off her knowledge of Christmas carols. Time passed in a cheerful, family atmosphere with talks and singing.